Упельсинкина страница
Религии

Вавилон: последняя монархия Месопотамии

После падения Ниневии мидяне отошли, чтобы закрепить свои завоевания в Восточной Анатолии, оставив правителю Вавилонии полный контроль над Ассирией. Однако в течение некоторого времени Набопаласар вынужден был направлять все свои усилия на возрождение экономики Южной Месопотамии и восстановление городов, оказавшихся заброшенными во время господства Ассирии. Основную угрозу новоприобретенным ассирийским провинциям представляли египтяне, которые уже основали военное поселение на переправе через Евфрат у Каркемиша. Именно наследному царевичу Навуходоносору пришлось столкнуться с войсками египтян в попытке отвоевать у них города Северной Сирии. Навуходоносору сопутствовала удача, но и когда он стал царем, ему пришлось вести постоянные войны для защиты торговых путей, от которых зависело благополучие Вавилона. Как раз во время мирных передышек он старался завершить дело, начатое еще его отцом, Набопаласаром: заново отстроить древние шумерские города. Целый ряд грандиозных общественных зданий и крепостей Вавилона, раскопанных в наше время, по большей части датируется периодом правления Навуходоносора, планы которого осуществлялись с большим размахом и изобретательностью.

Последний правитель независимого Вавилона - Набонид - полная противоположность Навуходоносору: его странное поведение и частые отлучки из царства до сих пор в значительной степени остаются загадкой для историков. Помимо того что вместе Мардука - этого древнего покровителя Вавилона - он поклонялся богу Сину, культ которого процветал в Харране, недавно найденные надписи содержат сообщение о его продолжительном и совершенно необъяснимом пребывании в Центральной Аравии. Вулли идентифицировал группу находок в Уре как часть коллекции древностей Набонида.

Во время правления Набонида политические события в Вавилоне развивались под знаком грандиозного расширения Персидской империи, находившейся тогда под властью ее первого великого правителя. В 539 г. до н.э. войска Кира II, поддержанные отложившимися народами Ассирии, пошли на Вавилонию. На пограничные укрепления были спешно переброшены отряды, которыми руководил царевич (Валтасар - по Ветхому Завету), обычно замещавший Набонида во время долгих отлучек; однако укрепления были скоро разрушены, а через несколько дней сам Вавилон почти без всякого сопротивления сдался персидской армии [Геродот, I, 191 и сл.; Ксенофонт. "Киропедия" VII, гл. V, 10; 193]. По указанию Кира захватчики избегали насилия и старались убедить население города принят нового правителя как своего рода "освободителя". Так странно завершились три тысячелетия самостоятельности Месопотамии.

Мы располагаем тремя различными источниками информации о Вавилоне в последние годы его независимости. Один из них содержится в письменных текстах самых нововавилонских правителей, он включает и собственный рассказ Навуходоносора о том, как он отстроил город. Вместе с тем начиная с VI в. до н.э. появляется новая форма свидетельств - сообщения очевидцев, путешественников того времени, посетивших Вавилон. Что же касается создателей Ветхого Завета, то их сообщения по этому поводу не слишком обширны; кроме того, их краткое и неприятное знакомство с городом едва ли могло способствовать объективным наблюдениям. С греческими же писателями-путешественниками дело обстоит совсем иначе. Геродот и в меньшей степени Ктесий оставили нам подробные описания не только самого города и его построек, но также "нравов и обычаев" вавилонян [Геродот I, 178 и сл.; 119].

Применение сообщения такого рода были несомненно доступны в XIX в. первым исследователям руин города, начиная с Клавдия Джеймса Рича. Однако настоящие раскопки здесь начались лишь на рубеже XIX и ХХ вв., когда Роберт Кольдевей и его немецкие сподвижники начали проводить в этом месте систематические исследования, продолжавшиеся 14 лет. Итоги этих раскопок составляют третий и, вне всякого сомнения, важнейший источник нынешних знаний о Вавилоне отчеты Кольдевея см. в "Mitteilunger der Deutschen Orient Gesellschaft" 1899-1932). <...>

<...> Интерес Кольдевея вначале не ограничивался только руинами нововавилонского города. Он надеялся найти под ним остатки города II тысячелетия до н.э., который был столицей империи Хаммурапи. Однако к концу своей первой экспедиции Кольдевей понял, что из-за высокого уровня грунтовых вод здесь его ждет неудача. Поэтому он решил расширить масштабы своих раскопок на всю площадь более позднего города в надежде выявить большую часть его планировки. Это, разумеется, требовало его постоянного присутствия на городище - присутствия, прерывавшегося лишь кратковременными поездками на родину.

Некоторое представление о грандиозном масштабе вавилонских укреплений VI в. до н.э. можно составить по сообщению Геродота. Он дает полное описание их конструкции и назначения, а также обмеры, которые оказались довольно точными. <...>

Город

Древний "внутренний город" можно увидеть теперь на правом берегу Евфрата. Он представляет собой неправильный квадрат со сторонами более мили каждая. Во время правления Навуходоносора эти стены были продолжены, включив в себя обширную площадь на западном берегу реки, так что квадрат превратился в прямоугольник, большие стороны которого простирались на 1,5 мили. В западном секторе раскопки ограничивались зондированием, благодаря которому стало возможным установить протяженность стен и составить некоторое представление о планировке улиц. В остальном работы сосредоточивались в более старой части города на востоке; здесь велось тщательное изучение крепостных сооружений, которые представляли собой двойные стены; толщина внутренней стены достигала 6,5 м, она была выше наружной, имевшей толщину около 3,7 м. Обе стены были построены из высушенного на солнце кирпича и укреплены башнями, верхние площадки которых, видимо, нависали над зубчатой парапетной стеной с бойницами. По сообщению Геродота, пространство между стенами использовалось для дороги военного назначения, проходившей на уровне парапета. Перед внешней стеной был ров шириной от 20 до 80 м; ров отходил от реки и возвращался к ней с другой стороны. "Гребень", или внутренний склон, рва был выложен стенкой из обожженного кирпича, скрепленного битумом. Кольдевей нашел также подтверждение свидетельству Геродота о том, что "в ров свободно входили лодки и суда всякого рода"; со стороны главных ворот через ров, вероятно, был перекинут мост. В общей сложности ворот было девять, они были названы именами богов-покровителей городов, к которым вели дороги из Вавилона. У ворот были внешние помещения для часовых и просторные внутренние покои привратников. Четверо ворот было раскопано.

Всю систему внутренних укреплений сооружали Набопаласар и Навуходоносор в 625-562 гг. до н.э. Вдоль восточного берега реки, в том месте, куда спускались к воде улицы, Набонид построил позднее новую стену с большой пристанью.

Главный дворец вавилонских царей был расположен в северо-западном углу старого города - там, где городские стены были дополнительно защищены массивным бастионом, стоящим напротив реки и внешней цитадели. Именно здесь пролегала и "священная дорога", которая вела с севера сквозь знаменитые Ворота Иштар во внутренний город, где становилась основной транспортной артерией. Эта "Аллея процессий", по которой во время новогоднего празднества проносили статуи богов, шла на .г вдоль восточной стены дворца, пересекала канал Либил-хегалла и затем огибала стены, окружавшие внутреннюю часть зиккурата, Этемеанки. В центре города дорога сворачивала на запад, оставляя слева огромный храм Мардука, Эсагила, затем спускалась к Евфрату, пересекала его по мосту, опиравшемуся на пять каменных столбов, и оказывалась в западном секторе города [Геродот I, 186].

Наконец, следует упомянуть и внешний пояс крепостной стены, который образовывал продолжение города на восточном берегу. Это мощное обнесенное рвом укрепление было сооружено для защиты на севере "летнего дворца" Навуходоносора; его канал соединялся с рекой южнее внутреннего города. Предполагают, что это укрепление должно было дополнять внешний треугольник на западном берегу реки, - так, чтобы разросшийся город продолжал оставаться квадратом; однако нет никаких свидетельств тому, что это было когда-либо сделано. Две меньшие стороны ныне существующего треугольника имеют по 2,5 мили каждая, так что полный квадрат должен был занимать площадь в 6, 27 кв. миль.

Здания

Северная дорога резко уходит в гору, прежде чем достичь Ворот Иштар, так что сами ворота и "Аллея процессий" расположены на несколько метров выше, чем окружающие здания. Мостовая покрыта плитами из известняка (площадью более 1 кв. м каждая) с зубчатым бордюком из красной брекчии (1). Под мостовой немецким археологам удалось раскопать фундамент ворот и уличных стен; они обнаружили, что Навуходоносор врыл их до глубины 15 м - почти до чистого почвенного слоя под холмом. Поскольку местное население до прибытия Кольдевея пользовалось всеми сооружениями как каменоломней, выше уровня мостовой уже практически ничего не оставалось; поэтому фундамент, о котором идет речь, - это все, что ныне можно увидеть. Тем не менее этот фундамент помогло археологам воссоздать планировку самих ворот с их впечатляющими башнями и внутренними покоями с высокими сводчатыми потолками, как об этом можно судить по замечательной реконструкции, сделанной впоследствии в Берлинском музее.

Теперь следует сказать несколько слов об отделке фасада, которой справедливо славились эти здания. Вся поверхность ворот и примыкающие стены "Улицы процессий" украшались изображениями, выложенными их ярких глазурованных изразцов. Фигуры львов, быков и даконов-"сирруш" повторялись с определенными промежутками. Иногда они изображались на плоскости, а иногда - в виде глазурованных рельефов. Реконструкция этих изображений стала возможной благодаря тому, что часть их уцелела у подножия одной из башен. Что же касается технологического процесса покрытия изразцов глазурью, а затем создания цельного изображения. то на основании описания, которое дал ему Кольдевей, можно лишь предположить, что он во многом походил на технологические приемы, которые использовали ассирийцы в Хорсабаде и в Форте Салманасара в Нимруде.

Судя по всему, та же отделка фасада применялась и для украшения других частей царского дворца (Южной цитадели, как его называли немецкие археологи). Особый интерес представляет высокая плита, сохранившаяся от стены, примыкавшей к "тронному залу"; она позволяет предположить наличие в то время контактов между Вавилоном и Грецией. В остальном же - если только не принимать во внимание его колоссальные размеры - архитектура и планировка этого здания не отходят от обычной месопотамской традиции. Внутри здания было пять идущих друг за другом дворов, расположенных вдоль единой оси; в самый большой из них (63х58 м), находившйся в центре здания, можно было попасть через "потайную дверь". С южной стороны этого двора, выдаваясь, впрочем, далеко за его пределы, находился главный "тронный зал", выходивший на север, подобно всем другим главным покоям, что обеспечивало прохладу летом. Остальное пространство занимали жители и административные помещения. Интерес вызвала еще одна особенность северо-восточного угла здания. Здесь была расположена группа подземных хранилищ с толстыми сводами, где обнаружено множество сваленных каменных конструкций. Археологи предположили, что эти необычные сооружения могли служить основанием знаменитых "Висячих садов", описанных Геродотом. Эта теория подкрепляется тем, что здесь же был найден глубокий ров, над которым возвышалось помещение, разделенное на три частим, - тут вполне мог разместиться механизм для подачи воды в расположенные наверху сады. Правда, в дальнейшем появились некоторые основания усумниться в таком предположении.

Как уже говорилось, "Аллея процессий", ведущая на запад по направлению к мосту, проходит между огражденной территорией зиккурата - Этеменанки - и храмом Мардука Эсагилой, представляющими собой соответственно как бы высший и низший храмы месопотамской религиозной общины. Эти два здания, вероятно, были образцами высшего расцвета великой архитектурной традиции, поэтому особенно жаль, что они практически не сохранились. Внутренняя часть зиккурата площадью более 500 кв. м была обнесена двумя стенами. Вокруг них был раскопан целый комплекс административных зданий. Что же касается самой башни, то она была разобрана до основания на кирпич, так что единственно доступную археологическую информацию можно было получить только по отпечаткам на земле, - а сейчас и почва здесь превратилась в болото. Было предложено множество реконструкций башни, опирающихся на труды Геродота и других античных авторов; наиболее убедительными представляются те из них, которые стоят ближе к башне III династии Ура. В отличие от Вавилонской башни Эсагила представил иную проблему для исследователей. Его развалины оказались погребенными под 21 м позднейших наслоений, над которыми возвышается мусульманское святилище Хаджи-Амран. Расклпки Эсагилы, связанные с перемещением 30 тыс. куб. м грунта, могли вестись только с помощью специальных туннелей, прорытых к основанию стен. При этом оказалось возможным по крайней мере определить размеры здания (86х78 м). Однако представления о его планировке довольно различны, стоит лишь сравнить реконструкцию, предложенную в заключительном отчете экспедиции, и крупномасштабную модель в Берлинском музее, - они расходятся даже в определении местоположения главного святилища. Что же касается традиционно богатого убранства храма, то тут приходится довольствоваться рассказами, которые упоминают среди прочих чудес сидящую золотую статую шестиметровой высоты на золотом троне весом 18,5 т.

Помимо храма Нинмах, примыкающего к Воротам Иштар, о котором уже говорилось, было раскопано несколько других святилищ меньшего размера. Как выяснилось, все они одной и той же планировки; вход, внутренние дворы и целла располагаются на одной оси; вспомогательные помещегния при этом отличаются большим разнообразием. Во многих отношениях более интересными оказались отдельные частные жилища, претенциозная обстановка которых весьма уместна для столицы. Подобно всем городским домам любого периода истории Месопотамии комнаты первого этажа не имели окон и освещались благодаря центральному дворику. Обращает на себя внимание необычная внешняя отделка фасада таких зданий - если ее можно так назвать - по всей вероятности, она была нововведением нововавилонской эпохи: ряды кирпичей укладывались так, что в  результате получалась зубчатая поверхность. Этот способ, видимо, начали применять, когда неправильная планировка здания приводила к расхождению между скошенной внешней стеной и внутренними прямоугольными помещениями. Геродот в своих сообщениях упоминал о домах "в два или три этажа", и хотя археологам трудно было найти этому прямое подтверждение, видно, что, подобно домам, раскопанным Вулли и Уре, эти здания также имели комнаты на верхнем этаже. Такие комнаты освещались через деревянную галерею, огибавшую двор; по этой же галерее можно было подняться наверх. Еще одна сторона быта вавилонян раскрылась перед исследователями благодаря обнаружению личных святилищ, иногда с захоронениями под ними.

Об активной строительной деятельности нововавилоснких церей свидетельствуют не только раскопки в столице. Мы уже упоминали о честолюбивых планах Навуходоносора перестроить в Уре городские стены с их внушительными воротами и защищенными пристанями для торговых кораблей с Евфрата. В это же время в городе появилось и огромное здание, известное как дворец Бел-Шалтинаннара. В Кише, на холме Харсагкалама, были построены колоссальные храмы, стены которых до сих пор возвышаются на несколько метров. Груды обожженных кирпичей с оттиснутым на них именем Навуходоносора, которые попадаются почти в каждом шумерском городе, свидетельствуют о восстановлении им какого-либо древнего святилища или о запоздалой заботе о былом величии храма.

Подводя итоги продолжительных раскопок в Вавилоне, с некоторым удивлением отмечаешь скудость находок скульптуры или образцов тогдашнего ремесла. Немецкие археологи первыми убедились в этом; такое же разочарование сквозит и в комментарии более позднего археолога, Г. Франкфорта. В нем говорится: "Изделий, относящихся к этому периоду, немного, что дает невозможной оценку его художественных достижений. Далее автор продолжает: "Это время отмечено интенсивной литературной деятельностью; именно из нововавилдонских источников эллинистический мир почерпнул сведения по астрологии и другим типично месопотамским наукам. Однако нововавилонское искусство не оказало на Запад никакого воздействия. Во время своего "обращения к Востоку" Греция и Этрурия производили заимствования у Ассирии - через посредничество финикийцев".

Примечания:
1. Брекчия - горная порода, состоящая из сцементированных обломков различных пород.

Ллойд С. Археология Месопотамии (От древнекаменного века до персидского завоевания). Пер. с англ. Я.В. Василькова и И.С. Клочкова. Послесл. Н.Я. Мерперта. М., гл. ред. вост. лит-ры изд-ва "Наука", 1984. С. 230-240.

© "Упельсинкина страница" - www.upelsinka.com
Пользовательского поиска

Наши проекты:

Скандинавские древности

Современное религиоведение

Реклама:

Книги по теме:

Букинист

Другие издания:

OZON.ru

Реклама: